«Я знала, что она его любит. И жалела ее»

За неполные три года жизни мне удалось побывать по обе стороны возведенных обществом баррикад. Сначала я была женой – и знала, что есть женщина, до беспамятства влюбленная в моего мужа. Ненависти или ревности я к ней не испытывала. Только жалость и какое-то странное чувство вины. За то, что я счастлива, в то время, как она рыдает по ночам в подушку. За то, что я в какой-то степени заняла место, которое могла занять она, подожди он буквально чуть-чуть. Не встреться мы с ним на проторах интернета– я пошла бы своей дорогой, он – своей. И кто знает, быть может, в какой-то момент их дороги пересеклись, и она смогла подарить бы ему гораздо больше счастливых минут, нежели это получилось сделать у меня.

Однажды Настя позвонила на его мобильный, который он забыл дома. Я ответила, и неожиданно мы проговорили полтора часа. «Скажите, пожалуйста, он счастлив?» – спросила она меня. И еще вот это: «Я слишком сильно его люблю, чтобы причинять неудобства своими звонками, поэтому больше вас не потревожу. Вы не переживайте, между нами ничего не было…». Не знаю, что мной двигало в тот момент, когда я диктовала ей цифры своего личного мобильного телефона. Почему-то в этот момент я поняла – даже если она признается в том, что он ночует у нее всякий раз, когда едет «на рыбалку с друзьями», моего отношения к этой девочке это не изменит. Значит, дело в нем, во мне, а она – лишь следствие. Или наш брак был ошибкой, браком во втором значении этого слова. Приняли за любовь обычное увлечение. Случается такое сплошь и рядом.

Мы развелись. Причиной для развода послужила официальная формулировка «расхождение во взглядах на жизнь». Что в переводе на житейский означало «не подходим друг другу, не созданы для совместного проживания». И я ушла сама. Любила, рыдала ночами в подушку – но ушла. Развод – тяжелый и выматывающий, забрал последние силы. Спустя полгода, я узнала, что он встречается с Настей и поняла, что все было не зря. Я понимала ее особенно хорошо, потому что в этот момент мы словно поменялись местами. В моей жизни появился Он, та самая долгожданная любовь, судьба, вторая половина, без которой не то, что жить – дышать было сложно. У зеркала два лица, где есть аверс – всегда появится реверс. И моя любовь стала яркой иллюстрацией к шекспировским строчкам: «В жизни все повторяется дважды, но в виде драмы – только однажды, а во второй раз шутки навроде, в виде пародии, в виде пародии…»

Мы ничего больше не искали и не просили у жизни, говорили «спасибо» высшим силам друг за друга и за каждый прожитый вместе час

«Мы просто говорили судьбе «спасибо»

На роман с Иваном я шла с открытыми глазами. Двое детей, жена. Девушки, бывшие на моем месте, наизусть заучили излюбленные цитаты мужчин про «мы больше не спим вместе», «нас связывают только дети», «я женился молодым и по глупости, а теперь встретил тебя…» Все это мы прошли, и даже чуточку больше. Любила его –нет, не с первого взгляда. С первого слова по телефону. Он признался, что, однажды, услышав во время телефонного совещания мой голос, понял, что искал его обладательницу (меня, то есть) всю свою жизнь.

Я не ставила самоцель увести Ваню из семьи и сделаться «миссис В. …–ов номер 2». Слишком много у обоих было в бэкграунде для того, чтобы строить заведомо неосуществимые планы, обманывать и обманываться. Мы оба благодарили судьбу за шанс пережить чувства такой силы, за то, что понимаем друг друга без слов и видим в друг друге собственное отражение и продолжение. Ситуация одновременно усложнялась и упрощалась в силу того, что жили мы в разных городах  и трудились на благо одной и той же компании. Вырванные с боем командировки, украденные у времени минуты, часы, секундочки, гостиницы с видом на Измайловскую слободу и Финский залив. Мы ничего больше не искали и не просили у жизни, говорили «спасибо» высшим силам друг за друга и за каждый прожитый вместе час. Пока однажды Иван не решил все по-своему. Когда в один из «совместных» дней час расставания уже маячил, он вдруг сказал: «Я больше не вернусь домой». И мы стали жить вместе.

Легкие хэппиэнды у таких историй бывают лишь в американских мелодрамах. Нас же окружала суровая российская реальность, в которой были те, кто «за нас» и те, кто против. Было невыносимо смотреть, как наша любовь заставляет близких людей делиться на два лагеря. Появилось дикое чувство вины, первые ссоры, извне подтачивали вопросами: «А почему вы до сих пор не женитесь? А он уже получил развод? А как… а что… а почему…». Спекулировали на всем. На жалости, на детях, на чувствах вины и ответственности. Я не выдержала партизанской войны. Все это мне напоминало стаю собак, сгрудившуюся у куска мяса. Каждая норовит отхватить побольше, а, если повезет, то и целиком унести. И только кусок мяса в этой свалке не понимает, что его сейчас порвут, а потом съедят. «Я не хочу в этом принимать никакого участия», - сказала я Ване. И вернулась в город, откуда лишь полгода назад уезжала, чтобы наконец-то обрести свой дом и семью. Круг замкнулся, мы пришли к тому, с чего начали, и я на собственной шкуре вновь ощутила холодное дыхание неизбежного одиночества.

Любовь не выбирает

To be continued